Информация по реабилитации инвалида-колясочника, спинальника и др.
Информация по реабилитации инвалида - колясочника, спинальника и др.

Творчество Творчество

Подготовка к полёту

Каос и Бьёрнар. Олауг и Пончик

Утром мама, как обещала, встала первая. Она была очень довольна собой, и настроение у неё было прекрасное. Они завтракали не торопясь, и после завтрака она даже предложила папе:

— Сегодня у меня много времени, мы с Каосом проводим тебя до автобуса, а потом я отведу его к Бьёрнару.

Идти втроём веселее, чем вдвоём, это каждому ясно, тем более, когда не надо спешить. Первым делом Каос повёл папу и маму к водопаду. Как всегда осенью, водопад набрал силу и неистовствовал вовсю. Каосу было странно, что вода падала с уступа всю ночь, но её не стало меньше, и она продолжала лететь с прежней силой.

Мама вытерла с лица брызги, и они пошли провожать папу на станцию. Беседуя с мамой, папа занялся осмотром автобуса, а Каос затеял игру. Он умел играть, даже если был один, и от этого игра не казалась ему менее интересной. Сейчас он играл, будто едет с папой. Он сел на заднее сиденье и стал смотреть в окно.

— Идём, Каос, нам пора! — позвала его мама.

— Не могу, я уехал на автобусе! — крикнул он. Ему не хотелось бросать игру.

— Тебе нельзя с автобусом, выходи! — Мама не поняла, что он играет.

— Я не могу сойти на ходу! — ответил Каос.

— Выходи, Каос! — Папа уже начал сердиться. — Ты поедешь со мной в пятницу, это уже скоро.

Но Каос медлил, ему хотелось, чтобы папа вошёл в автобус и вынес его на руках. Так и случилось, и когда папа вошёл в автобус, он сам прыгнул ему на руки.

— До свидания, Каос! Кланяйся Бьёрнару и Эве, — сказал папа и помахал ему на прощание.

Мама и Каос простились с папой и пошли по Главной улице, на которой было много магазинов. Правда, так рано и магазины были ещё закрыты. Зато витрины они могли разглядывать сколько угодно.

— Так даже лучше, — сказала мама. — Это нам обойдётся дешевле.

Сперва они осмотрели витрину, в которой висели платья. Потом подошли к спортивному магазину. В витрине стояли манекены в тёплых свитерах, куртках и с удочками в руках. Каос с мамой переглянулись.

— Такая удочка нужна папе! — в один голос решили они.

Следующим был книжный магазин.

— Давай купим какую-нибудь книжку, и ты мне почитаешь, — предложил Каос маме.

— Книги для чтения мы можем брать в библиотеке, — сказала мама. — А скоро ты пойдёшь в школу и научишься читать сам. Будешь читать нам с папой. Осталось ждать всего полтора года.

— А Бьёрнар уже умеет читать, хотя он тоже ещё не ходит в школу.

— Бьёрнар старше тебя. Он уже должен был бы ходить в школу, но врачи посоветовали Эве оставить его дома, пока у него не окрепнут руки и он не научится лучше ходить на костылях. Ведь в школе нельзя пользоваться коляской: в ней много лестниц с высокими ступеньками. Её построили давно, тогда никто не думал о детях, которые не могут ходить.

— Бьёрнару школа не нужна, — сказал Каос, — он и без школы всё знает, а читать и писать он научился сам. Они с Эвой каждую неделю ходят в библиотеку и берут новые книги.

— Да, Бьёрнар много читает, — заметила мама, — но зато он гуляет меньше, чем другие дети. И всё-таки в школу ему хочется, поверь мне, ведь там интересно и там он познакомится с другими детьми.

— Как ты думаешь, какую игру он придумает сегодня? — мечтательно спросил Каос.

— А по-моему, даже лучше, что ты не знаешь этого заранее, — сказала мама. — Я вот знаю, что меня ждёт в аптеке, и мне совсем не интересно идти туда. Если Эва с утра будет заниматься музыкой, вам придётся самим себя развлекать.

— Уж мы что-нибудь придумаем! Бьёрнар правда много читал и размышлял, потому что много времени проводил один. И хотя он был старше Каоса, они любили играть вдвоём. Часто им не хватало дня, чтобы поиграть во все игры, какие они придумывали. Каос много ездил с папой и мамой и рассказывал Бьёрнару об этих поездках, а Бьёрнар рассказывал ему всё, что узнавал из книг.

Но в это утро никто не сказал бы, что Бьёрнар обрадовался приходу "дневного брата". Он даже не вышел из своей комнаты, чтобы поздороваться с ним.

— Не обращай на него внимания, он сегодня не в духе, — сказала Эва Каосу. — Мы с тобой знаем, что это скоро пройдёт. Может, у него болит голова, а может, приснился плохой сон.

Каос кивнул и стал махать маме в окно. Он махал так усердно, что чуть не опрокинул горшок с цветами. Сегодня мама не опаздывала и могла ответить ему.

А Бьёрнару и правда приснился сон, но совсем не плохой, а как раз очень даже хороший. Во сне он мог бегать, как все дети, и они долго бегали по лугу, но вдруг Эва, Каос и все остальные убежали от него, а он долго кричал им вслед: "Подождите меня! Не убегайте! Каос, не беги так быстро!"

Но Каос всё-таки убежал, и теперь Бьёрнар дулся на него, хотя тот и не подозревал о своей вине.

— Ну что ж, Каос, придётся тебе поиграть одному, мне надо заниматься. Придумай что-нибудь, Бьёрнар у себя в комнате.

Да, Бьёрнар был у себя, он сидел неподвижно в своей коляске, а когда Каос поздоровался с ним, повернул коляску так, чтобы сидеть спиной к Каосу. У коляски было четыре колеса — два маленьких спереди и два больших сзади. Бьёрнар легко управлялся с ней, он ездил, останавливался и поворачивался в любую сторону. После вчерашней прогулки колёса были вымыты и блестели.

Бьёрнар был мрачен, и Каос начал играть в одиночестве. Он лёг на пол и принялся строить из кубиков невысокий длинный дом, при этом он тихонько что-то приговаривал себе под нос. Постепенно он увлёкся и заговорил во весь голос, забыв, что Бьёрнар не в духе. В соседней комнате Эва играла на пианино, и чем громче звучала музыка, тем сильнее повышал голос Каос.

Дом получился очень длинный, но в нём был всего один этаж. Широкий коридор делил дом на две половины, и в каждой половине было по квартире. В одной квартире жил Каос, а в другой — Бьёрнар. По коридору Каос мог кататься на роликах, а Бьёрнар — на коляске, к которой был прикреплён электрический мотор. Вообще-то Каос ещё не умел кататься на роликах, а на коляске у Бьёрнара не было никакого мотора, но ведь это была только игра.

Из своей квартиры Бьёрнар мог в любое время приехать к Каосу в гости, но только если у него было хорошее настроение. Кому интересно играть с таким мрачным молчуном? Всё это Каос тихонько говорил самому себе, но Бьёрнар, должно быть, всё-таки услышал его, потому что коляска развернулась и медленно подъехала к длинному дому.

— А на крыше надо устроить аэродром, — вдруг сказал Бьёрнар. — Тогда мы сможем летать на вертолёте. Очень удобно — поднялся на крышу, сел в вертолёт и летишь, куда надо.

— Угу, — буркнул Каос.

— Куда же мы полетим? — спросил Бьёрнар.

— К моей тёте. Давай полетим к тёте Элсе!

— Это какая тётя Элса? У тебя слишком много тёть, я в них запутался.

— Тётя Элса — мамина сестра, она живёт вместе с бабушкой на берегу фьорда, мы летом ездим к ним в гости. А папина сестра живёт тут недалеко.

— У меня тоже есть тётя, только она живёт далеко отсюда, и мы редко видимся, — вздохнул Бьёрнар. — Ладно, летим к твоей тёте Элсе. Кто поведёт вертолёт, ты или я?

Каос по привычке уже хотел уступить Бьёрнару должность пилота, но вдруг передумал.

— Я поведу, — сказал он твердо, — ведь ты не знаешь, где живёт тётя Элса. — Он опасался, как бы Бьёрнар не догадался, что Каосу его жалко. Пусть лучше думает, что Каос недобрый.

Теперь Бьёрнар стал уже таким, как всегда.

— А у твоей тёти есть лодка? — спросил он.

— Есть, с вёслами. Я летом научился грести. Самое трудное не табанить, когда заводишь вёсла назад.

— А что такое "табанить"? — спросил Бьёрнар.

— Табанить — значит тормозить, — объяснил Каос, очень довольный, что знает что-то неизвестное Бьёрнару.

— Я тоже умею грести, — сказал Бьёрнар. — Мы каждую пятницу гребём на физиотерапии.

— На физиотерапии не то, там нет воды, значит, и табанить нельзя. Вот если мы когда-нибудь поедем вместе к моей тёте, я тебе покажу, как надо правильно держать вёсла.

— Я и так знаю, — сказал Бьёрнар. — Но сейчас мы с тобой плывём не на лодке, а на лесовозе.

Каос притих — про такое судно он слышал первый раз и сам никогда бы не смог так уверенно произнести незнакомое слово. Тут уж лучше помалкивать.

— Или нет, — Бьёрнар уже увлёкся игрой, — мы с тобой плывём на пассажирском лайнере. На таких лайнерах пассажиры только загорают, плавают в бассейне, веселятся и едят всякие вкусные вещи.

— А мне больше нравится плавать на лодке, — робко заметил Каос. — Но если тебе так хочется, я согласен и на лайнер.

— Давай перечислим все суда, какие мы знаем, — предложил Бьёрнар.

— Баржа, — сказал Каос.

— Ялик!

— Глиссер!

— Каяк!

— Каноэ!

— Бриг!

— Лесовоз! Нет, это не считается. Его я уже называл.

— Яхта!

— Плавучая база! — сказал Бьёрнар. — Это такое судно, которое снабжает всем необходимым нефтяные платформы, которые стоят в море.

— Рыбацкая шхуна!

— Пиратский корабль!

— А игрушечный кораблик считается? — спросил Каос.

Он вспомнил кораблик, который сам сделал этим летом, заострив один конец дощечки. Папа помог Каосу вырезать в дощечке отверстие и вставить в него палочку — получилась мачта.

К носу кораблика он привязал бечёвку, и когда они с папой плыли на лодке, игрушечный кораблик весело скользил за ними, покачиваясь на мелких волнах. Каосу даже казалось, что он идёт быстрей, чем большая лодка.

— Подводные лодки, миноносцы, канонерки, авианосцы… — затараторил Бьёрнар. — Нет, это всё не то, я придумал, как мы будем играть.

— Как? — рассеянно спросил Каос, он всё ещё думал про свой кораблик, который так весело плыл за их лодкой.

— Знаешь, вечером я часто слушаю последние известия, — сказал Бьёрнар. — Эва думает, что я лежу и читаю, а на самом деле я слушаю последние известия, которые она смотрит по телевизору.

— По телевизору иногда показывают очень страшные фильмы, — сказал Каос.

— А разве тебе разрешают их смотреть? — удивился Бьёрнар.

— Нет, но ведь у меня в комнате слышно, как там кричат и стреляют!

— Да, они всё время палят. Днём-то не страшно, если хочешь, мы можем даже поиграть в бандитов. Эве тоже страшно смотреть эти фильмы, но она всё равно смотрит. Она говорит, что тогда можно не думать о том, что ещё хуже. О войне, о голодных детях, ну и вообще…

— Я несколько раз даже кричал от страха, — признался Каос. — Но когда мне смешно, я тоже кричу…

— Подожди, я чуть не забыл то, что хотел тебе рассказать!

— Что?

— Я слышал по радио, что придумали такую бомбу, которая может уничтожить сразу половину земного шара, — сказал Бьёрнар.

— Но ведь этого нельзя делать! — воскликнул Каос. — Нельзя уничтожать земной шар!

— Конечно, нельзя! Но они об этом не думают и сделали очень много таких бомб. Вот я и придумал: мы должны построить космический корабль и полететь в космос.

— А ты знаешь дорогу? — спросил Каос.

— Я много читал про космос и всё знаю, — сказал Бьёрнар. — Нам надо попасть за пределы нашей солнечной системы…

— Солнечной системы… — как зачарованный повторил Каос.

— Ну да! Солнечная система — это солнце, луна и планеты, которые вращаются вокруг солнца, — стал объяснять Бьёрнар. — Но кроме нашей солнечной системы, есть другие миры, и у каждого своё солнце, своя луна, свои планеты. И наверно, на них тоже кто-нибудь живёт.

— Конечно!

— Вот мы и попросим их помочь Земле. Может быть, на тех планетах уже научились жить без войны?

— Давай полетим туда, — сказал Каос. — А кто поведёт наш корабль?

— Мы вместе, и ты, и я, — ответил Бьёрнар. — На космическом корабле много всяких приборов, он управляется автопилотом, нам нужно будет только следить, чтобы всё было в порядке. Твой стул и моя коляска — это кабина корабля, кубики — приборы. Открой секретер — это будет пульт управления, тут есть ручка, которую можно поворачивать, и выдвижные ящички. Не хватает только каких-нибудь блестящих инструментов. Сбегай на кухню, посмотри, что там есть.

Эва чистила на кухне картошку.

— Можно мне посмотреть, что лежит у тебя в шкафу? — спросил Каос.

— А что тебе нужно?

— Что-нибудь блестящее. Для пульта управления. — Каос проговорил последние слова очень быстро, потому что не был уверен, что правильно их запомнил.

— Понятно. — Эва улыбнулась. — Я думаю, тебе нужно взять формочки для печенья, видишь, как они блестят. А ещё вот этот нож, шумовку и маленькую крышку. Подойдёт?

— Конечно! Спасибо!

Каос отнёс всё Бьёрнару, и тот остался доволен.

— Пульт готов. Теперь нам нужны скафандры, шлемы и ремни. Перед взлётом и посадкой всегда пристёгиваются ремнями.

— А где же мы их возьмём? — испугался Каос.

— Во-первых, принеси наши с мамой плащи, — распорядился Бьёрнар. — Я надену мамин, а ты — мой, они будут немного велики, но так надо. Потом принеси из ванной шапочки для купания и пояса от халатов.

Каос бегал туда и обратно. Он принёс всё, что просил Бьёрнар и ничего не перепутал. Они надели плащи, шапочки, и Каос привязал Бьёрнара к коляске поясом от халата.

— Принеси-ка ещё два зеркала, пока ты не застегнул свой ремень, — попросил Бьёрнар. — Одно, с ручкой, лежит в шкафу в ванной, а другое — на столе в прихожей. Оно квадратное и без ручки. Они нам пригодятся.

Каос помчался за зеркалами.

— Ты заслужил зеркало с ручкой, — сказал ему Бьёрнар.

Эта похвала очень обрадовала Каоса. Мальчики положили зеркала на откинутую доску секретера. Внутри было много ящичков, в которых они разложили свои приборы. Когда всё было готово, Каос привязал к стулу и себя. Бьёрнар был привязан так крепко, что не мог шевельнуться, но говорить он мог.

— Приготовиться к старту! — скомандовал он. — Ты привязался, Каос?

Каос и Бьёрнар. Олауг и Пончик

Каос потуже затянул узел на поясе. Резиновая шапочка всё время сползала ему на глаза. Он очень волновался.

— Приготовиться к старту! — повторил Бьёрнар.

Назад Оглавление Далее