Логотип сайта aupam.ru
Информация по реабилитации инвалида - колясочника, спинальника и др.

Творчество Творчество

Глава тринадцатая | Привет, давай поговорим

— Пенни! А ну, стой! — кричит миссис В.

Маленькая хулиганка ухитрилась выскользнуть из дома и уже спустилась до середины пандуса. Наряженная в зеленую бейсболку и с Душкой под мышкой, она машет нам и кричит: «Пока-пока!» Видела бы этот марш-бросок Ириска — ее бы хватил собачий инфаркт, но мы сейчас у миссис В., а Ириска сидит взаперти у нас дома.

Сейчас начало ноября, осень такая, какую рисуют на картинах. Яркое солнце играет в багряной листве, дарит последнее тепло. Конечно же, Пенни хочется на улицу!

Но миссис В. ее поймала и занесла в дом.

— На лаботу! — обиженно требует Пенни.

— Не сегодня, мой пончик, — строго говорит миссис В. и запирает входную дверь.

Пенни любит красивые платья и шляпки, она вообще любит наряжаться. У мамы шляпок почти нет, зато у Пенни их куча. Мама идет с работы, увидит какую-нибудь безумную соломенную шляпку с бантиками и ленточками и не может удержаться.

Дома у Пенни любимое занятие — вертеться перед зеркалом: она вытаскивает из маминой шкатулки бусы, которые болтаются на ней до пола, берет в каждую руку по сумочке, нахлобучивает шляпку, выставляет одну ножку вперед и с серьезным видом заявляет, что идет «на лаботу».

— Нет, и где это она видела, чтобы вот так ходили на работу? — удивляется мама.

— И это барышне два года, — подмигивает папа. — Когда подрастет, ее нельзя будет пускать в магазин одну, а то она нас разорит. — А сам торопится щелкнуть Пенни на мобильный, увековечивает очередную смешную позу.

Как только миссис В. ставит Пенни на пол, та обиженно выпячивает губку, отшвыривает Душку и картинно складывает руки на груди. Так и стоит с надутым видом, ждет, пока на нее обратят внимание. И как тут не рассмеяться? Жаль, что я не могу принимать позы, которые выражали бы мои эмоции.

— Пенни, детка, а может, ты посидишь немного, порисуешь? — миссис В. вытряхивает на стол коробку карандашей.

Забыв про обиду, Пенни хватает горсть карандашей и начинает возить всеми сразу по книжке с раскрасками. Столу тоже достается.

Если бы я могла удержать карандаши, я бы нарисовала темно-красную бархатную розу на зеленом стебле с нежно-изумрудными листочками. В голове я рисую этот цветок в мельчайших деталях, но стоит мне взять карандаш — выходят только беспорядочные линии. С розой ничего общего.

Я бы нарисовала эту розу для Роуз. У нее везде розы — и на школьном ранце, и на красном блокноте. И где ее мама находит такие классные вещицы? Роуз очень подходит ее имя — она красивая и нежная. Может, у нее, как у настоящих роз, есть шипы, но я пока не замечала.

Пенни рисует, а миссис В. разбирает почту. Открыв один из конвертов, она аж подпрыгивает от удивления:

— Девчонки! Я выиграла!

Пенни и ухом не ведет, а я смотрю на миссис В. с любопытством.

— В нашем книжном магазине проводился конкурс эссе, и я в нем участвовала. Надо было высказаться на тему «Место рыб в экологии нашей планеты».

С хитрой улыбкой я показываю на планшете слово «обед».

— Какая вредная девчонка! — миссис В. легонько щиплет меня за щеку. — Я написала про океаны, биобаланс, ну и еще про что-то — уже забыла. И получила первое место. А приз знаешь какой? Поездка на шестерых в новый городской аквариум, полностью за счет магазина! Круто?

Рекламу нового аквариума часто показывают телевизору, там есть акулы, черепахи, пингвины и еще куча всяких морских животных.

«Идти?»— показываю я на планшете.

— Да, только не знаю, кого бы с собой взять. — Миссис В. как бы задумчиво чешет в затылке.

Я начинаю так дрыгать ногами, что они вылетают из стремян на подножке. Хочется выкрикнуть: «Меня! Меня!», но я могу только бить себя в грудь.

— Даже не знаю, кого бы взять? — Чуть не лопаясь от смеха, миссис В. делает вид, что не замечает меня, и обводит взглядом кухню.

Я машу руками и ногами, как мельница: меня! меня!

— Конечно, тебя, моя конфетка! — наконец «добреет» миссис В. — Только подумай, сколько новых слов мы узнаем. Я напишу тебе названия всех рыб — будешь учить!

Я хлопаю себя по лбу, будто учить новые слова — для меня мука мученическая.

— Ты, Пенни, твои родители и я — пять. Кого же взять шестым? — миссис В. задумывается.

Я уже давно знаю. Можно позвать Роуз! Я по буквам показываю на планшете «Р-О-У-3»один раз, потом второй — «Р-О-У-3»— и добавляю. «Пожалуйста!»

— А-a… Ты имеешь в виду Роуз из пятого класса?

Я радостно дергаю ногами и руками.

— А что, неплохая идея! Мы спросим твоих и ее родителей и, если Роуз согласится, поедем все вместе. Думаю, отлично проведем время.

От радости мои ноги чуть ли не в пляс пустились.

Вообще-то, выходные у родителей совпадают редко, раз в несколько недель, но нам повезло: как раз был День благодарения, а после него еще три выходных — и мы смогли поехать в аквариум. Накануне ночью я почти не спала. Мама договорилась с родителями Роуз по телефону. По-моему, разговор прошел отлично, хотя я слышала только конец. Мне все еще не верилось, что Роуз согласилась со мной поехать, — со мной, девочкой в инвалидной коляске!

Мы с ней даже, как настоящие подружки, секретничали на перемене. И я чувствовала себя обычной пятиклассницей — такой же, как все.

Наступила долгожданная суббота. На улице прохладно, но я постаралась, чтобы мама одела меня получше — в модные джинсы, а не в ужасные трикотажные штаны. Роуз ничего не сказала про мой наряд — наверное, засмотрелась на Пенни.

— Мелоди, какая же у тебя классная сестричка!

Я улыбаюсь и киваю.

Пенни хлопает пухлыми ручками и повторяет:

— Лоус! Лоус!

— Ой, она говорит «Роуз»! Твоя сестричка не только красивенькая, она такая умненькая!

Мы едем в нашем джипе. В дороге Роуз болтает с миссис В. и моими родителями, будто они уже сто лет знакомы. Я слушаю молча. Никогда еще я не была так счастлива.

На стоянке аквариума мы выгружаемся из машины. Роуз катит коляску с Пенни, а мама — со мной и получается, что мы все время идем рядом.

Народу в аквариуме полно — выходной как-никак. А главное, до меня никому нет дела, так что я почти забываю, что сижу в коляске.

Внутри аквариума как в другом мире. Там стеклянные стены до потолка, за ними плавают самые разные рыбы. Моей Олли здесь понравилось бы. А в одном зале даже потолок стеклянный и над головой акулы — кажется, что мы на дне океана. Вот тут бы Олли точно не прижилась.

Никогда раньше я не видела столько всяких рыб! Наверное, их собрали со всего света. Все разные: и с шипами, и в разноцветную крапинку, и кричаще-яркие, как нарисованные.

Не успеет какая-нибудь рыбина подплыть поближе, как Пенни с громким криком «Лыбка! Лыбка!» хлопает по стеклу рукой, пытается ее поймать. Миссис В., как и обещала, фотографирует рыб и записывает названия, чтобы дома их со мной выучить. Мама с папой о чем-то шепчутся, будто подростки. Никогда не видела их такими довольными и счастливыми.

Мы останавливаемся перед каждым аквариумом. Мне очень нравятся медузы — длинные разноцветные щупальца так красиво колышутся в воде. Рыба зебра и правда полосатая, как самая настоящая зебра. А Роуз, оказывается, не знала, что у морских коньков голова повернута назад! По-моему, ей тоже все нравится.

И вдруг из-за угла появляется группа юных скаутов, и среди них я вижу Молли и Клер — меньше всего на свете мне хотелось встретить их здесь.

На них одинаковые джинсы, футболки с длинными рукавами и скаутские жилетки. Они совсем не слушают, что им рассказывают про рыб и про состав морской воды, а вместо этого хихикают и крутят головами.

И видят Роуз.

— Привет, Роуз! Ты с мамой? — кричит Клер и машет рукой.

— Н-нет, — растерянно отвечает Роуз и сама идет в сторону Молли и Клер, чтобы те не заметили нас.

— С папой? — Молли смотрит на меня и морщит нос, будто от меня плохо пахнет. При этом делает вид, что моих родителей вообще не замечает.

— Я приехала с Мелоди и ее семьей, — тихо отвечает Роуз.

— А что тебе за это будет? — нарочно громко спрашивает Клер, и они с Молли начинают смеяться.

— Да ладно, все терпимо… — Роуз старается говорить как можно тише, но я слышу каждое слово.

Мама хочет вмешаться в разговор, но папа берет ее за руку и говорит:

— Они еще дети. Пусть сами разбираются.

Взгляд у мамы становится просто ледяным — она всегда так смотрит на моих обидчиков. Сжатые кулаки побелели от напряжения, но она сдерживается и молчит.

А вот миссис В. сдерживать некому. Молли и Клер рядом с ней — как две букашки.

— Эй, ты, девочка с брекетами! — говорит она чуть ли не на весь аквариум.

Клер испуганно поднимает на нее глаза.

— Что, мэм?

Да, нашу миссис В. трудно не заметить.

— Как ты думаешь, зачем твои родители платят дантисту за эти брекеты?

— Что? В смысле? — Клер ничего не понимает, а Молли уже успела затеряться в группе скаутов.

— У тебя кривые зубы, и чтобы их исправить, родители поставили тебе брекеты. Ты еще скажешь им спасибо, когда пойдешь на первое свидание, — громогласно вещает миссис В. Все до одной девчонки из группы скаутов и вообще все, кто оказался рядом, слушают открыв рты.

— Чего вы прицепились к моим брекетам? — Клер озирается, не знает, как себя вести.

— Некоторым людям приходится носить брекеты, некоторые вынуждены ходить с костылями, а некоторым и костыли не помогают, и они ездят в инвалидных колясках. Тебе, девочка, повезло, что у тебя не в порядке только зубы. Помни об этом!

— Хорошо, мэм, — говорит Клер и быстро прячется за спины своих подружек.

Роуз возвращается к нам. Мне кажется, ей немного не по себе.

— С Клер иногда ну совсем непонятно, что она хочет сказать, — шепчет она мне на ухо.

Да? Правда непонятно?

Мы успели посмотреть еще несколько аквариумов с разными рыбами, но до пингвинов так и не добрались, потому что Пенни устала и закапризничала. Мы завезли Роуз домой. На прощание она сказала, что все было здорово.

Интересно, ей действительно понравилось или это она из вежливости?

Назад Оглавление Далее