Информация по реабилитации инвалида-колясочника, спинальника и др.
Информация по реабилитации инвалида - колясочника, спинальника и др.

Профилактика Профилактика

Глава 11. Перспективы развития традиционной медицины

В чем, собственно, ценность традиционной китайской медицины в наши дни? Многие из ее идей не получили должного развития в силу особенностей того исторического периода, в который они возникли, и не смогут найти практического применения сегодня, если не подвергнутся дальнейшему изучению. Но могут ли быть оправданы годы упорного труда необходимых научных исследований?

В этой последней главе будет сделана попытка ответить на эти вопросы, хотя, конечно, мы можем дать лишь скромный анализ огромной и многообразной сферы знания. Традиционное китайское искусство врачевания охватывает широкую область знания, и рассмотрение его со всеми подробностями далеко выходит за рамки настоящего обзора. Даже для специалиста овладение всем разнообразием его аспектов потребовало бы, наверное, более всестороннего изучения, чем это требуется, скажем, в отношении современной медицины. Мы ни в коей мере не хотим умалить значения современных медицинских достижений. Напротив, считаем, что открытия, сделанные традиционной китайской медициной, требуют изучения с привлечением современных методов. При этом не должно быть попыток во что бы то ни стало оправдать имеющиеся недостатки в традиционных воззрениях и методиках, как не должно быть попыток увидеть в них больший смысл, чем есть на самом деле. Но любое практическое знание, которое объявляется верным и полезным, должно быть доступно всем, дабы развеять сомнения, что традиционное искусство врачевания все еще таит в себе колоссальные ценности.

Каждый, кто ожидал чудесного исцеления, бывал горько разочарован, если он проходил курс исключительно традиционного лечения. В качестве примера приведем выдержку из автобиографии президента Академии наук КНР Го Можо, который также изучал и современную медицину в Японии.

«Мой отец кое-что знал о китайских методах врачевания, хотя он и не был подготовленным врачом. Он полагался на свой здравый смысл и практический опыт и приобрел таким образом значительные знания о медицине и лекарствах. Каждый раз, когда он осматривал больного, он не исследовал у него пульс, не упоминал о магических теориях или об инь и ян и пяти элементах. Он изучал выражение лица пациента, спрашивал его, как тот себя чувствует, велел показывать язык, чтобы увидеть, обложен он или нет, и измерял температуру. В нашей деревне не было подготовленного врача, так что, несмотря на то что у моего отца не было вывески у входа, к нему приходило большое число пациентов, большинство из которых он лечил, назначая лекарства. Жители деревни все без исключения почитали моего отца, как спасителя их жизней. Наш дядя часто подтрунивал над ним по этому поводу, называя его «великим чудодейственным доктором».

Когда я вернулся из-за границы, я заболел брюшным тифом, мой отец привычно приготовил приятное на вкус лекарство и назначил его мне. Всякий, кто заболевал в нашем доме, лечился одним из лекарственных средств моего отца. Только на этот раз моя болезнь, казалось, была настолько серьезной, что даже отец не знал, что делать. Поэтому он вызвал квалифицированного китайского врача Сун Сянчжэня, который жил в соседней деревне.

Доктор Сун Сянчжэнь был сю-цай (что означает «необыкновенно одаренный», этот титул в дореволюционном Китае получали при сдаче официальных экзаменов на местном уровне). Он не местный, прибыл из Люхуаси. Я знал, что он был сиротой и приехал, чтобы поступить на работу в качестве помощника аптекаря. Аптекарь обратил внимание, что его помощник имеет хорошие способности к наблюдению, и взял его в ученики. Он научил Суна читать, после чего приступил к его фактическому обучению. Позднее тот женился на дочери аптекаря. И было вполне естественно, что Сун теперь зарабатывал на хлеб в качестве знатока искусства врачевания. Его репутация медика базировалась не столько на его знаниях как специалиста, сколько на том багаже, который он создал сам. Его положение в ученой иерархии было подтверждено титулом сю-цай. Деревенские жители не любили обращаться к нему, вероятно, потому, что боялись, что он запросит слишком большую плату.

Мой отец был большим другом Суна, и хотя он не особенно верил в его выдающиеся способности врача, все же он проконсультировался с ним по поводу моей тяжелой болезни с тем, чтобы узнать мнение специалиста.

Что касается диареи, от которой я страдал, доктор Сун сказал, что этот недуг относится к категории инь; по его мнению, жар, кровотечение из носа и другие симптомы относились к «внешним». Первое, что необходимо было сделать, это вылечить «внутреннюю» болезнь, а затем уже «внешнюю». Он также выписал рецепт и назначил лекарства. Диагноз был поставлен на второй день вслед за моим возвращением домой. Температура немного снизилась, что было вполне естественно, так как в случаях тифозных заболеваний она всегда бывает ниже в первой половине дня и повышается к вечеру. Накануне вечером я терял сознание; температура у меня, должно быть, поднялась до 104 градусов (по Фаренгейту). Моя тетя заваривала назначенное лекарство. Мой дядя также ухаживал за мной, и, пока готовился лекарственный отвар, он давал советы тете, как не переварить его и в то же время сделать очень насыщенным.

Мне пришлось выпить целую бадью с горячим и густым снадобьем. Едва только я это сделал, как почувствовал его действие. Вся слизистая оболочка потемнела, на слизистой оболочке моего рта, языка, глаз и носа не осталось ни единого светлого пятнышка. В то же самое время в моих легких возникло воспаление. Я орал как ненормальный: «Я хочу лечь на землю!» Я не желал больше спокойно лежать в своей постели и все пытался лечь на пол. Даже потеряв сознание, я продолжал кричать, чтобы меня положили на землю. Все, кто слышал меня, были в панике, и вся семья была в ужасе. Доктор Сун выглядел так же беспомощно, как и мои отец и дядя. Похоже, было слишком поздно приглашать другого врача из города, поскольку я, скорее всего, умер бы до его прибытия. Однако пока что было слишком рано говорить о смерти, поскольку я еще дышал. Но что-то нужно было сделать, тогда послали за магом, чтобы тот изгнал из меня беса. Позднее мне сказали, что над моим ложем был убит петух, а его сердце вырезано и положено на мое сердце, с какой целью – не знаю. Затем мне давали всевозможные пилюли. Было испробовано все.

На третий день утром мой дядя пригласил врача по имени Чао. Доктор Чао жил на другой стороне реки Тайпин, в 30 ли (около 15 километров) от нашего дома. Раньше мы о нем никогда не слышали. Мой дядя, который его привел, познакомился с ним совершенно случайно, он руководствовался соображением, что в чрезвычайной ситуации лучше сделать хоть что-нибудь, чем совсем ничего, так что дядя воспользовался этой возможностью и пригласил его. Не было другого выхода, кроме как испытать искусство доктора Чао. Тот прибыл на четвертый день утром. Не успел он войти, как началась «битва», так как Чао придерживался диаметрально противоположного мнения, нежели Сун. Он настаивал на том, что моя болезнь относится к ян и требует «холодного» лечения. Он тоже выписал рецепт вместе с его составляющими (сульфатом натрия и ревенем). Нужно ли говорить, что доктор Сун был против. Но и мой отец не мог вмешаться и поддержать нового лекаря. Выдвигались аргументы за и против. Вопрос обсуждался все утро и весь день. По-моему, было уже пять часов, а они все еще не могли решить, какой метод лечения подходит. Моя мать, наконец, потеряла терпение и вмешалась, требуя принятия решения.

Доктор Чао был очень самонадеян и принципиально настаивал на своем методе. Он сказал, что если мы не будем делать так, как он сказал, то ему здесь делать нечего. Он сказал, что, хоть его лекарство и содержит в своем составе слабительное, понос у меня с каждым днем будет идти на убыль, пока не исчезнет совершенно. Он не соглашался с предложением моего отца слегка снизить назначенную дозу. Люди потом говорили, что доктор Чао редко бывал так решителен, как тогда.

Мое состояние было достаточно странным: я был как бы в полном сознании, это заставило мою мать поверить, что демоны не желают моей смерти, так как, по-видимому неосознанно, я кричал: «Хочу лекарство доктора Чао!»

Ко всеобщему удивлению, как только я принял его лекарство, мое состояние перестало ухудшаться и понос стал проходить. В соответствии с предписаниями врача я должен был продолжать принимать лекарство. Если не ошибаюсь, он назначил принимать его через день по шесть доз. Так продолжалось две недели. У меня был стул в виде черных выделений с резким запахом. Я медленно приходил в себя. Согласно указаниям доктора, мне еще нужно было продолжать принимать лекарство, но мой отец был другого мнения и приготовил свое, которое и дал мне.

Наверное, мне не суждено было умереть от тифа; с другой стороны, возможно, что меня спас мой отец, так как после тифозной горячки кишечник становится легкоранимым. Когда внутренние коросты отходят, остающиеся шрамы кровоточат при малейшем механическом воздействии. Следовательно, назначение слабительного в этой фазе болезни может быть чревато катастрофическими последствиями.

Постепенно жар у меня стал спадать. Прошло три недели, в течение которых я не пил и не ел. Я так исхудал, что от меня остались кожа да кости. Еще три-четыре недели прошло, прежде чем я смог сесть и сидеть не качаясь. К сожалению, были осложнения. Я надолго потерял слух, и я плохо слышу до сих пор – это результат воспаления среднего уха, вызванного тифозной горячкой».

Цель, которую мы преследовали, цитируя этот фрагмент, состоит в том, чтобы проиллюстрировать состояние медицинского обслуживания в китайской деревне в начале века. Существовало явное смешение суеверий с серьезным практическим опытом, и то и другое стихийным образом оказались привязаны друг к другу. Такое положение дел в почти неизменном виде существовало вплоть до революции. Получавшие современное медицинское образование врачи игнорировали традиционное искусство врачевания, но они были не в состоянии повысить уровень медицины каким-то иным способом.

Между тем политический переворот принес значительные изменения в области народного здравоохранения. Начало было положено распространением современных медицинских знаний на широкой основе. Тем не менее на огромной территории этой самой многонаселенной в мире страны количество врачей, получивших современное образование, остается весьма скромным. В настоящее время единственным решением проблемы обеспечения медицинскими услугами населения является сотрудничество между современными врачами и традиционными целителями.

Во время борьбы против японской оккупации, а также во время гражданской войны существовали значительные трудности в обеспечении как солдат, так и гражданских лиц современными медикаментами и в предоставлении им медицинской помощи. Спасение, таким образом, было в традиционных методах лечения, которые были достаточно хорошо апробированы и доказали свою эффективность; во многих случаях они давали лучшие результаты, чем использование современных методик, к тому же они не требовали дорогостоящих лекарств.

После окончания гражданской войны правительство КНР призвало всех врачей приступить к систематическому изучению традиционных методов лечения. Таким образом, тысячи врачей, уже имевших современное образование, познакомились с традиционными способами лечения.

Ян Фуцзи, например, чрезвычайно успешно провел исследовательскую работу в провинции Хэбэй. Он овладел древним китайским искусством врачевания методом акупунктуры и в 1956—1958 годах этим новообретенным методом уже лечил 146 глухонемых пациентов. Достигнутые результаты были многообещающими, так как после лечения подавляющее большинство его пациентов могли слышать тиканье часов, произносить предложения из 3—5 слов, а также отвечать на простые вопросы. После этого Ян начал изучать вопрос, почему лечение не давало полного выздоровления; он сосредоточил свои исследования на затылочной части головы, на так называемой области я-мэнь, что примерно означает «точку молчания», на которую оказывалось воздействие иглой. Традиционная литература по акупунктуре не рекомендует введение иглы в эту точку глубже чем на четыре десятых дюйма, чтобы не возникало осложнений.

Ян Фуцзи проводил исследования, исходя из предположения, что неудача связана с тем, что воздействие производилось недостаточно глубоко в области «точки молчания». Он пришел к заключению, что причиной предостережений от слишком глубокого введения иглы в эту точку являлся тот факт, что данная точка на теле окружена многочисленными кровеносными сосудами. Отсюда он сделал вывод, что риск более глубокого проникновения иглы может быть снижен в том случае, если вводить ее с максимальной точностью. Он произвел первый эксперимент на себе самом, причем игла вводилась на глубину в полтора дюйма. После такого лечения к многочисленным пациентам вернулся слух и соответственно у них улучшилась речь.

Тогда Ян стал комбинировать применение акупунктуры с электротерапией. Действие этого нового метода на одном из пациентов, Лян Чуньяне, оказалось настолько успешным, что после одного только курса лечения тот обрел дар речи, которую ранее потерял в результате кровоизлияния в мозг. Проведенный ранее пятнадцатидневный курс лечения одной акупунктурой оказался безрезультатным.

Дальнейшим значительным шагом, направленным в будущее, было основание в Пекине в 1955 году Академии традиционной китайской медицины, частью которой является Центр акупунктуры и лечебного прижигания. В связи с этим правительство продолжало призывать к более тесному сотрудничеству врачей как современной, так и традиционной медицины. В 1959 году была проведена шестнадцатидневная национальная конференция врачей в Паотине, на которой демонстрировались принятые на вооружение методы традиционной медицины. Семинары аналогичного содержания проводились в отдельных городах и провинциях, каждый из них посещало по 70—80 врачей, получивших современную медицинскую подготовку и имевших практику в течение нескольких лет. Таким образом, около 2000 современных врачей побывало на этих занятиях.

В многочисленных новых больницах подготовленные врачи работают бок о бок с коллегами, изучившими традиционные способы лечения. С 1955 года открылось более 300 больниц и клиник, специализирующихся на традиционных лечебных методиках. Тем не менее врачи, обученные традиционным методикам, также посещают курсы, чтобы познакомиться с методами современной медицины и экипироваться для выполнения медицинской миссии в своей великой стране. Между 1956-м и 1958 годами в борьбе с малярией 134 000 пациентов были вылечены традиционными методами.

С целью поощрения распространения знаний в области традиционной медицины в период между 1955-м и 1959 годами были учреждены 13 академий и много сотен специальных школ; в них около 7000 студентов изучали как традиционные методики, так и базовые принципы современной медицины. Сбор, описание и переиздание старых медицинских и фармакологических трудов также идет быстрыми темпами. Многие черты традиционного искусства врачевания отражают специфические китайские условия. В первоначально примитивном обществе как феодального, так и полуколониального Китая его членам приходилось полагаться на свои собственные ресурсы. Отсутствие каких-либо официальных медицинских услуг заставляло людей самим заботиться о своем здоровье, и во многих случаях их единственным спасением был собственный практический опыт, а также тот, который достался им по наследству. Вот почему по сей день существуют люди, не являющиеся профессиональными врачами, но знающие кое-что о лечении определенных болезней. У них огромный запас знаний, хотя и исключительно практического свойства, об определенных методах лечения. Соответственно в Китае хранятся записи о таких непрофессиональных практиках, так же как и об их традиционных рецептах и методах лечения. Так, в провинции Хэбэй, например, в 1955—1959 годах были признаны около 1800 таких народных целителей, не имеющих медицинского образования. Эта цифра говорит об их огромном количестве в целом.

С тех пор как начали собирать эти «секретные» методики, китайцы всех слоев общества, от врачей старой школы до крестьян, передают рецепты и способы лечения, которые они знают. Ученые-медики затем просматривают и проверяют эти рецепты, и значительное их число оказываются чрезвычайно эффективными.

Сплошь и рядом становятся известными методы лечения, действенные в тех случаях, когда современные способы либо совсем неэффективны, либо, самое большее, имеют призрачный шанс на успех. Среди таких заболеваний – артриты, хронические нефриты, высокое кровяное давление, полиомиелиты и проказа. Безоперационное лечение аппендицита также относится к широко распространенным и чрезвычайно действенным методикам. В китайской литературе даже есть упоминания о полном излечении от злокачественных раковых опухолей.

Большим успехом пользуется и собрание популярных рецептов. В 1958 году только в одной провинции Хэбэй их было собрано 162 000. В больнице города Шицзячжуан (провинция Хэбэй), например, эпидемический энцефалит типа «Б» лечили по традиционным рецептам и методам. При этом удалось вылечить до 95 процентов больных, после чего министерство здравоохранения КНР рекомендовало повсеместное введение этих методик.

Китайские медицинские журналы со всеми подробностями пишут о результатах, полученных с помощью традиционного искусства врачевания. В дополнение к тому, что публикуется в специальных журналах, сегодня многочисленные газетные статьи обсуждают достоинства традиционного искусства врачевания, главным образом дыхательной терапии и физиотерапии.

Причиной написания этой книги стало желание познакомить читателя с теорией, на которую опирается традиционное китайское искусство врачевания, и с основами этой целительной методики. В то же время мы попытались дать представление о современном состоянии исследований и затронуть некоторые неразрешенные проблемы. Существование отличных друг от друга взглядов на достоинства различных терапевтических методик также свидетельствует о том, что исследовательская работа столкнулась с очевидными проблемами.

Только теперь Китай начинает все ближе знакомиться с медицинскими методиками, базирующимися на научных принципах. По этой причине компетентные специалисты должны на данный момент проявлять критическое отношение к любой предлагаемой информации. Мы также надеемся, что эта книга станет в определенной степени ценным изданием – в той мере, в какой в ней удалось дать оценку материалам большого числа китайских источников с учетом как старых, так и новых фактических данных.

Назад Оглавление Далее