Логотип сайта aupam.ru
Информация по реабилитации инвалида - колясочника, спинальника и др.

Библиотека Библиотека

Фиолетовая заплата | Восхождение на Мак-Кинли

4 июня. Встал в десять часов, как только Док зажег горелку. Игорь отсыпается. Он хотя и накаченный, но сил не всегда хватает, пользуется помощью со стороны. Но все равно в его годы согласиться на такое путешествие, это подвиг, и при активной жизни лет через пять-семь, он станет крепким мужчиной.

2 января 2002 года мы встретились с Игорем в Москве на Ленинградском вокзале. Уезжали мы в Петрозаводск, где должны были пройти за шесть дней порядка ста километров. На это время синоптики обещали морозы, и нас решили еще раз проверить на приспособленность находиться в походных условиях при низких температурах. В Петрозаводске нас встретили Виктор и Алексей, местные туристы, которые согласились разделить с нами трудности нашего похода. Путешествие началось с того, что нас вывезли за сто двадцать километров от города, обратно нам нужно было возвращаться своим ходом. Выехали под вечер, пока проехали нужное количество километров, стемнело. Сошли с трассы в лес, пройдя немного разбили лагерь. Нас было семь человек: двое карельских туристов, Геннадий из Адыгеи, Борис, Анатолий и мы с и Игорем. Утром встали позавтракали и в путь. Я сказал Игорю: «Ты молодой, крепкий, иди первый, а я за тобой». Прошли перелесок и спустились на озеро. Пройдя по озеру метров пятьсот, Игорь остановился и пропустил меня в перед, говоря, что не может идти первым. Так всю неделю он и шел за мной. Иногда значительно отставал, с ним оставался Гена. А когда мы останавливались на отдых, они догоняли нас.

Мороз ударил на третий день. Когда шли по озеру, лед лопался под нами, пугая нас своим треском. Виктор сказал, что шкалы его термометра не хватает, чтобы показать температуру. Прибор рассчитан на минус тридцать градусов, а сейчас вся жидкость собралась внизу в шарике. По его предположению, было примерно минус тридцать три-тридцать пять градусов.

В этот первый морозный день случилось то, о чем буду помнить всю свою жизнь. После трехчасового перехода остановились на обед. Игорь с Геной немного отстали. Виктор с Алексеем после обеденного отдыха уходили вперед до места ночевки, готовили место под палатки, заготавливали дрова, жгли костер, и к нашему приходу всегда был готов кипяток. Мы подходили, они начинали готовить ужин. В этот день все происходило так же, как всегда. Отдохнув после обеда, они ушли. Анатолий предложил мне отправиться вслед за ними, чтобы не застыть. При движении жарко, остановишься – мороз пробирает до костей. Я двинулся в путь, когда Игорь с Геной только подошли. Анатолий пообещал выйти следом за мной, но немного задержался и получился разрыв между вперед ушедшими, мной и Анатолием с Борисом.

Постепенно начало смеркаться, мне приходилось с усилием вглядываться в тропу, чтобы на развилке не уйти куда-нибудь в сторону. Во время остановок я прислушивался, но не было слышно ни звука топора Виктора, ни Анатолия с Борисом, которые должны были меня уже догнать. Зима. Минус тридцать. Вечереет, я в лесу. Далеко от жилья, совершенно один. Меня стали потихоньку охватывать ужас и страх: а вдруг иду не туда? Ведь судя по времени парни уже должны были меня догнать. Но никого нет и не слышно ни звука ни впереди меня ни позади. Раздавались резкие как одиночные выстрелы звуки. Мне порой казалось, что это звуки удара топора. Я сразу же замирал и, затаив дыхание, ждал последующих равномерных ударов. В ответ – единичные разрозненные хлопки. Я молился Господу, чтобы услышать звук топора, чтобы не сбиться с пути и выйти к своим.

Прошло уже много времени, я продолжал двигаться вперед, не смотря на переживания. На очередном мостке чуть было не перевернулся, оттого, что лыжная палка провалилась между бревен. Кое-как удержался, чтобы не опрокинуться, ведь самостоятельно подняться я бы не смог. Меня прошиб холодный пот. Немного успокоившись, стал подниматься на пригорок. Поднялся почти на самый верх. При очередном толчке, лыжная палка не вошла в снег, проехав как по льду. Сделав какое-то отчаянное движение, успел переставить палку до того, как начать скатываться вниз. Решил, что нужно отдохнуть, немного успокоиться. И тут я услышал голос Бориса. Он разговаривал с Анатолием обо мне. Оказывается, они подошли к этому овражку, когда я начал подниматься от мостика наверх. Я так был поглощен этим подъемом, что не слышал, как они окликали меня, предлагая помощь. Парни помогли подняться на этот пригорок, прошли метров десять и вышли к месту ночевки. После этого марш – броска мне не хотелось даже горячей пищи, а скорее хотелось в палатке уединиться, отдохнуть, успокоиться. Пока ставили палатку, сварился ужин. Поел без аппетита, несмотря на мощные физические затраты. С тех пор я больше не отбиваюсь от коллектива ни под каким благовидным предлогом.

Когда устаю, меня начинает раздражать, что Игорю часто помогают. Начинаю думать: «Вот сейчас придем и подниму вопрос, почему он идет за счет других». Но когда добираюсь до места, наваливается усталость, проходит раздражение, а вместе с ним и желание что-то выяснять. Надо себе признаться, что-главное-то в том, что мне тоже хочется, чтобы мне чаще помогали не только на «стеночках», но и при обычном подъеме.

Сегодня на тренировке подошла молодая девушка, стала что-то спрашивать, что-то говорить, но по моей реакции поняла, что ее не понимают. Она сняла свое обручальное кольцо, показала на мое, спросила что-то про «вумен». Махнула рукой в сторону, затем опять показала на кольцо, и затем на наш лагерь. Я догадался, что она спрашивает про мою жену, со мной она или нет. Я махнул рукой в сторону, и мы разошлись. Вечером Олег сказал мне, что она разговаривала с ним о мне и Игоре.

Плохая погода, которую обещали, прошла стороной. Подготовил свою одежду к восхождению: что нужно, высушил, заклеил пятки у валенок скотчем, чтобы меньше промокали, на штаны поставил новую заплату. Старая, которую кто-то до меня ставил, отлетела. По цвету подобрать не смог, штаны черные, а заплата фиолетовая.

С Анатолием немного позагорали. Во время обеда говорили о возвращении в Россию. Оно назначено на двадцать пятое июня. В этот день мы должны быть в Сиэтле. Скорее бы! Анатолий пообещал нам с Игорем презент за вершину. Мол, старайтесь, народ! Поговорили даже о магазинах, в которые нам нужно будет зайти за покупками для себя и родных. Встреча всегда приятнее и радостнее, чем пребывание где бы то ни было, в любом самом привлекательном городе или стране, историческом или развлекательном месте. И ради этого можно куда-то ездить, чтобы опять была возможность испытать радость встречи! Но…

Как им без тебя? Ты наслаждаешься великолепными картинами природы. Вот жемчужные облака заполняют пространство над тобой, а на очередном подъеме открывается новая неописуемо красивая картина. А в это время у твоих домашних обыкновенные будни, да к тому же усложненные твоим отсутствием. Встреча хороша для всех – для меня и для них. Но пребывание в семье, а не в отъезде, лучше. Как хочется окунуться с головой в ванную, а еще лучше в прохладную реку или бассейн.

Вечером пришли Жоан, Мартин и Карлос. Они втроем путешествуют по странам, вернее по горам. Жоан и Мартин из Канады, Карлос из США. Когда они поднимались на высоту 4200 метров, было около одиннадцати часов вечера. Жоан, дойдя до нашего лагеря, села на снег и сказала, что дальше не пойдет, замерзла и нет сил идти. Матвей стоял на улице и смотрел, как они подходили к лагерю. Услышав, что сказала Жоан, он пригласил ее передохнуть у нас в «зиме». Мартин проводил ее в палатку, внимательно посмотрел на нас с Игорем, что-то сказал ей и ушел. Мы с Игорем топили снег, готовили воду на завтрак. Матвей попросил кипятка для нее. напоили Жоан какао, через некоторое время чаем со «сникерсом». Матвей поговорил с ней, расспросил кто они такие. Немного погодя пришел Мартин, они с Карлосом поставили палатку и вскипятили воды, но оказалось, что ее уже напоили чаем. Мартин поблагодарил нас, и они ушли, но пообещали прийти послушать нашего гитариста.

Матвей вечерами подолгу разговаривает с отцом по телефону. Подробно рассказывает о трудностях, о настроении в команде, спрашивает совета. Сегодня разговор зашел об «оппозиции», Агафонове, Богатыреве, Губаеве. Олег высказывает опасение, что эта троица бросит нас, где-нибудь наверху и уйдут. «Как бы инвалиды не пострадали из-за их отношения к своим обязанностям» – говорит Олег. Матвей эти опасения пересказал Дмитрию Игоревичу. Тот предложил свернуть экспедицию, раз эта троица вышла из-под контроля. Матвей постарался успокоить его, говорит, что, по его мнению, они не пойдут на такое.

Открытого противостояния со стороны этих парней нет, иногда игнорируют указания Олега, но работу свою они выполняют. Мне не очень-то заметно противостояние этой, так сказать «оппозиции». Они иногда делают так, как считают правильно, не со всем соглашаются, отстаивают свое мнение как лучше сделать ту или иную работу. В общем, нашему начальству с ними не очень комфортно, но это рабочие моменты, которые необходимо им решать.

5 июня. Погода опять испортилась, опять идет снег. Наши наверху, но работать не могут. У них тоже плохая погода, холодно и нет видимости, провешивать перила нельзя. Вся вершина покрыта плотными облаками. Целое утро говорили с Анатолием о Библии, о Боге, о браке, об эвтаназии, о вереи неверии и о многом другом. Было много времени, было поднято много тем, много вопросов. Ведь человек задумывается, почему поступает так, а не иначе? Что думаешь об этом, а что о другом? Попытался донести до них мысль о том, что спасение человека происходит через веру в Иисуса Христа, и что каждый за себя даст отчет перед Богом. Хорошо бы им это запомнить и так жить.

Анатолий говорит, что мы стали засиживаться в этом лагере, стала одолевать лень, теряется бодрость и работоспособность. По самым благоприятным прогнозам, нам сидеть здесь до восьмого числа, а ждать – очень тяжело. Снег перестал и усилился мороз… Ждать… Надо…

Танечка! Хотел поговорить с тобой, но из-за мороза батарея у телефона разрядилась. Услышал только твое «да!», и все на этом. Из-за того, что не смог поговорить, боль разлуки усилилась. Скорее бы вернуться домой! Ложусь спать. Очень холодно. Где же лето? Сегодня утром кто-то опять оставил нам продукты, спасибо им. Ждать…

Назад Оглавление Далее